Как эксперт по кризисам я встречаю разные определения этого слова. Всяческие возрастные кризисы, тот самый экзистенциальный…

Если углубиться лишь в одно определение, то больше всего мне импонирует китайское значение: перемены.

Человек, когда ощущает это состояние, чаще описывает его так: закрытая дверь в прошлое, но ещё не совсем понятно, каким будет будущее. Это состояние — между. Состояние тревоги и несделанного выбора. Состояние «до». В некотором роде это проактивное состояние, о котором говорит когнитивно-поведенческая терапия.

С интересным определением слова «кризис» я встречаюсь в книге Антония Сурожского «Духовное путешествие». Это его размышления. Он говорит так: кризис — это встреча с Богом. Встреча с Богом всегда кризис. А по-гречески слово «кризис» означает суд.

Он указывает на то, что в этот период мы видим, какими мы были. Какими, вероятно, мы не хотим больше быть. Но мы не знаем, какими мы хотим быть.

А ещё в этот период мы становимся готовы к этим изменениям. Этой готовности не так уж много, но достаточно для того, чтобы проделать какую-то изначальную работу над собой.

И только тогда, когда эта готовность у нас маломальски появляется, мы встречаемся с объективностью своей жизни, с фактом того, что мы в ней не видели никакого смысла до этого момента. И теперь мы готовы задуматься над тем: чего мы хотим?

С точки зрения духовной (которая достаточно близка к экзистенциальной) — это встреча с Богом. Это суд и необходимость жить в соответствии со своим желанием.

А как же ещё иначе? Мы ведь хотим быть счастливы. Не так ли?

Надо разобраться в том, что делает нас счастливыми.